Козырный туз режима


Чтобы была понятна его мотивировка, приведем цитату — во-первых, потому что она сама по себе довольно интересна, а во-вторых, потому что наши последующие рассуждения вытекают из сказанного президентом на ассамблее.

«Пожалуй, самая многонациональная страна — это США, где сотни этносов, но все они —американцы. Будучи с официальным визитом в Бразилии, я отметил для себя, что и эта страна многонациональна, но все жители — бразильцы. К современной нации французов относят себя граждане Французской Республики из ее бывших колоний. Аналогичные процессы идут в Австралии, Малайзии, Сингапуре, Индии и других странах.

В современном мире национальное единство определяется такими условиями, как совместное созидание общего государства, толерантность, гражданство и обязательное знание государственного языка данной страны. Мы должны идти по этому пути. Но для этого нужно время. Нам торопиться не нужно.

Весь мир был поражен избранием афроамериканца Барака Обамы президентом США. А секрет успеха прост. Он сказал четко и решительно, что в США нет «черной или белой Америки», нет «азиатской или латинской Америки». Соединенные Штаты Америки — это единый народ, в котором каждый предан звездно-полосатому флагу и готов встать на защиту Родины. Именно так говорит Барак Обама. Он предлагает бороться за безъядерный мир, обещает объединять мир, а не делить его. И ему еще предстоит многое сделать. Именно за это его и избрали президентом. А ведь это то, о чем я вам говорю все эти годы, и та политика, которую мы проводим вместе с вами из года в год!»

Из сказанного можно сделать три вывода. Первый — что успех Обамы объясняется тем, что он правильно понял и провозгласил суть национального единства Америки. Второй — что задолго до Обамы это понял и применил Назарбаев в Казахстане. И третий вывод, органично вытекающий из двух первых: что в Казахстане не будет национального государства, а будет гражданское по примеру США, Бразилии, Австралии. О последнем чуть подробнее.

Казахи или казахстанцы

Согласитесь, что этим Назарбаев ставит жирную точку в общественной дискуссии о том, какой Казахстан мы строим: национальное государство казахов, в котором позволено жить остальным этносам, либо сугубо гражданское государство, названное в честь коренного этноса, но в котором вопросы этнического происхождения остаются за бортом государственной жизни.

В своем выступлении, приведя конкретный пример США, Бразилии, Франции, Назарбаев четко обозначил государственную политику в этом вопросе. В понимании Назарбаева нынешний Казахстан — это единый народ без разделения на казахов и русских, на азиатов и европейцев, на мусульман, православных, католиков и протестантов. Все проживающие в стране —ГРАЖДАНЕ и потому казахстанцы.

При всем моем критическом отношении к Назарбаеву трудно не признать, что это сильнейший ход, который однозначно обеспечит самую широкую поддержку нынешнего режима со стороны всех неказахов, а также части русскоязычных казахов.

Учитывая важность национального вопроса в жизни казахстанского общества, можно смело прогнозировать, что указанная позиция самым серьезным образом повлияет на поддержку режима Назарбаева со стороны самых широких слоев казахстанского общества — по данным соцопросов, 60—70% населения страны. Сегодня это козырный туз нынешнего политического режима.

В этой связи интересно проанализировать позицию казахстанских демократов, которые в последнее время все чаще выступают с национал-патриотических позиций. В качестве примера можно привести кампанию протеста против исключения графы «национальность» смысле этничности) из нового международного паспорта.

О национал-патриотической тенденции в оппозиции свидетельствуют высказывания отдельных ее представителей, заявляющих о своем стремлении к созданию государства, построенного на принципах этничности. Никто не оспаривает их право на такое мнение, вопрос только в том, насколько это работает на оппозицию с точки зрения увеличения ее сторонников.

На мой взгляд, в последние годы в оппозиционной стратегии происходит определенная коррекция установок в вопросах национальной тематики. Идя на поводу у критики со стороны национал-патриотов, оппозиция идеологически все больше удаляется от исходных демократических принципов государственного строительства. И если на уровне программных документов это еще не просматривается, то в выступлениях отдельных представителей оппозиции и демократической общественности тема национального (казахского) государства звучит все чаще и чаще.

Сегодня в рядах казахстанской оппозиции присутствуют две взаимоисключающие тенденции. С одной стороны, сохраняется демократическая тенденция, рассматривающая Казахстан как страну казахстанцев, в которой этническая принадлежность не является доминантой. С другой стороны, присутствует крепнущая национал-патриотическая тенденция, рассматривающая Казахстан как национальное государство казахов, в котором проживают другие этнические диаспоры.

Эта идеологическая двойственность, свидетельствующая о стратегической неопределенности, — серьезное препятствие для оппозиции в деле формирования своей социальной базы. Это не та тема, где можно «и вашим, и нашим», здесь необходима четкая позиция, предполагающая ориентацию на конкретную часть общества.

Демократия для одного этноса?

Власть в лице Назарбаева, просчитав все плюсы и минусы, давно определилась и, оседлав золотую жилу общественных предпочтений, нарабатывает политический капитал. И это при том, что декларируемое властью «равенство в гражданстве» зачастую в реальной жизни не реализуется. Это и понятно — нынешнее окружение Назарбаева самую благую идею способно довести до ее противоположности, а «кадры решают все». Однако для людей это уже не столь принципиально.

Для людей важнее, что из всех казахстанских политиков только Назарбаев внятно артикулирует, что Казахстан — это государство всех проживающих в стране, безотносительно к их этнической принадлежности. Все! После этого кто бы что ни говорил — они пойдут и проголосуют за того, кто им, неказахам, обещает полноценное равенство в гражданстве.

Для них главное — это почувствовать себя защищенными от угрозы второсортности, исходящей от национал-патриотов, ратующих за создание казахского национального государства. А учитывая, что власти делают все, чтобы население не видело разницы между национал-патриотами и оппозиционерами, понятно, что очень большая часть казахстанцев воспринимает оппозиционеров как националистов.

Оппозиция же никак не может определиться, на кого им делать ставку. С самого начала именно из-за невнятности своей позиции по национальному вопросу она не смогла завоевать симпатии неказахской части общества. При этом и национал-патриоты также не считали их своими. Видимо, потеряв надежду перетянуть на свою сторону неказахов, оппозиционеры решили сделать ставку на национально-патриотическую часть общества. Сегодня это проявляется в заигрывании с национал-патриотами, что выражается в риторике, в совместных акциях, в поддержке их заявлений. Но это только начало.

Учитывая общую тенденцию, можно прогнозировать, что нынешняя демократическая оппозиция будет все больше переходить на национал-демократические рельсы. Об этом, кстати, уже кое-кто из оппозиции заявляет открыто. Национал-демократия — это тоже демократия, но демократия для одного этноса. Остальным этносам там нет места. Вернее, они там присутствуют по остаточному принципу.

Нет ничего плохого, если такая оппозиция будет в Казахстане. Плохо, если она возникнет за счет демократической. Такая трансформация мало того что сузит и без того узкое поле политических предпочтений, она ликвидирует главное — противостояние авторитаризму в демократическом формате, оставив казахстанцам убогий выбор между теми, кто за режим, и теми, кто за торжество национальной идеи.

При таком выборе политика грозит превратиться в искусство выбора из двух зол меньшего. Упаси Бог от такого выбора!